Обманчивая привлекательность Исламистской революции

Featured Image

Иван Бло

Политолог, автор книги «Путинская Россия»

Главной проблемой в борьбе с радикальным исламизмом следует признать то, что его агитации зачастую легче поддается молодежь во многих странах. Почему идеи исламистской революции привлекают так много девушек и молодых людей? Проблема эта требует особого внимания, и довольно странно, что ей не отводится пока должного места в научных исследованиях.

Прежде всего, следует ответить на вопрос: что представляет собой радикальное исламистское движение? Ключевым моментом в его определении следует считать революционную направленность. «Халиф» Исламского государства Аль Багдади стремится при помощи насилия и перестройки сознания создать «нового человека». «Старый» при этом должен быть уничтожен, и его место займет тот самый «новый человек», который будет соответствовать идеям, описанным в древних книгах. Аль Багдади стремится уничтожить нынешнее общество, которое он называет первобытным, обществом идолопоклонников, «джахилией», а вместо него создать новый мир, где все регулировалось бы законами шариата. Исламистское движение применяет насилие именно в силу своего стремления к революционному преобразованию общества. А по верному замечанию Ленина, революция не может обойтись без насилия, в противном случае она не была бы революцией. Таким образом, не ислам проповедует насилие, а смешение учения ислама с революционными идеями.

Если мы вспомним учение Аристотеля о четырех первопричинах, мы сможем лучше понять суть идеи исламистской революции. Аристотель писал, что все сущее имеет четыре первопричины, причем последней и самой важной является «целевая». Кроме нее он определял первую первопричину как «материальную», второю – «формальную», а третью – «действующую». Например, описывая некий храм, «материальной» первопричиной он называл камни или дерево, «формальной» — план архитектора, «действующей» являлся труд рабочих, а «целевой» — греческая религия (см. «Метафизика» Аристотеля).

На примере исламистской революции или движения «целевой» первопричиной является шариат, божественный закон, который должен регулировать жизнь на Земле; «формальной» – насильственные революционные преобразования для создания «Халифата» — Исламского государства; «действующей» следует назвать джихадистов, воинов ислама, и, наконец, в качестве «материальной» первопричиной выступает земля, которую нужно завоевать, чтобы создать на ней исламское государство (Дар-аль-ислам, что означает «территория ислама»).

Столкнувшись лицом к лицу с этим революционным движением, мы должны выделить четыре основных элемента, составляющих основу нашего западного общества в том виде, в котором оно существует с шестидесятых годов. «Целевой первопричиной» является наше Эго, которое заняло то место, которое в традиционных обществах занимает Бог. Финансовые интересы, которые обслуживают слабые политические институты, являются «формальной» первопричиной. Огромное количество мигрантов, которых больше чем граждан, — это «действующая» первопричина, позволяющая поддерживать экономический рост. Применение технологий, которое не ограничено моральными нормами, представляет собой «материальную» первопричину. Об этом писал не только немецкий философ Мартин Хайдеггер (он называл сложившуюся систему “Gestell”, что можно в целом интерпретировать как «техническое отношение к миру»), но и социологи Алан Блум или Кристофер Лэш в США.

Такая форма секулярного общества порождает духовный вакуум и материалистическое мировоззрение, которые способствуют возникновению революций, в том числе и исламистской. Распространение западных ценностей по всему миру происходит под руководством Соединенных Штатов, и многие мусульмане считают эту стратегию империалистической.

На Западе эпоху модерна критиковали такие теоретики, как Дэвид Рисмен («Одинокая толпы»), Ханна Арендт («Кризис культуры»), Алан Блум («Эпоха американской неразумности»), Кристофер Лэш («Культура нарциссизма»), Жан-Франсуа Маттеи (концепция «повсеместного варварства) и т.д. Общество, существующее без идеалов, ради которых люди могли бы пожертвовать собой (например, патриотизм), ослаблено перед лицом религиозного и политического фанатизма, принявшего облик исламистской революции. В период между двумя мировыми войнами практически подобная ситуация наблюдалась и с коммунизмом или фашизмом, чьи идеи были обманчиво привлекательны.

Таким образом, необходимо понимать, что революции вспыхивают в обществах, где традиционные институты и ценности находились в глубоком упадке. Речь идет в основном о западных странах и в меньшей степени о бывших странах социалистического лагеря, включая Польшу, Венгрию или Россию.

Четыре первопричины традиционных обществ выглядят следующим образом: демократический патриотизм, традиционные религиозные ценности, роль личности (героя) и исторические корни. В таком консервативном обществе революции не возникают, а закон, порядок, мораль и традиции сдерживают распространения насилия. В прошлом общество Великобритании не стало ни фашистским, ни коммунистическим. Однако сегодня материализм (система “Gestell”, как отмечал Хайдеггер) не может должным образом противостоять идеям исламской революции, которые находят отклик у молодежи, особенно у молодых мусульман – выходцев из мигрантской среды. Возрождение традиций, религии, семейных ценностей, патриотизма (как это происходит в России) могло бы стать инструментом защиты от обманчивой привлекательности подобных революций.

List of Comments

No comments yet.