Французский Сенат: приглушенный глас вопиющего в пустыне

Featured Image

Мария Дубовикова

Политический комментатор, колумнист «Al Arabiya»

Голосование во французском Сенате по резолюции с призывом к правительству и Европе начать постепенное смягчение санкций в отношении России – вполне ожидаемое и предсказуемое по своим результатам – 302 за и 16 против. Гораздо более важный вопрос, что оно меняет. И как сегодня стало уже окончательно ясно и абсолютно предсказуемо — ничего.

Русофилия во французском политическом истеблишменте и обществе, собственно как и франкофилия в российском, явление далеко не новое. Две страны на протяжении уже не одного века сохраняют между собой глубокую и неразрывную связь на уровне скорее иррациональном, нежели рациональном, вне зависимости от того, что происходило в отношениях между двумя странами и на общемировом, и общеевропейском фронте.

Согласно недавно опубликованным данным Центрального Банка России, Франция, несмотря на всю антироссийскую риторику Запада и жесткие санкции, остаётся лидировать по инвестициям в российскую экономику. За прошлый год Франция вложила 1,63 миллиарда евро. Однако стоит признать, что это меньше, чем в предыдущие годы. В 2014 и 2013 объем инвестиций составил 2,12 и 2,15 миллиарда евро соответственно. Но французские компании продолжают успешно работать в России и не стремятся уходить с рынка. Скорее наоборот, стараются удержаться всеми силами, ожидая отмены санкций и восстановления здоровых деловых отношений с Москвой, без политического давления и спекуляций, душащих бизнес.

Что касается политического фронта, французские депутаты были первыми, кто посетил Крым, с целью «увидеть все своими глазами». Среди них был и сенатор Ив Поццо ди Борге, инициировавший вместе со своим коллегой, Симоном Сютуром, резолюцию, содержащую в себе рекомендации по постепенному смягчению санкций в отношении России. Резолюция была предложена на рассмотрение Сенатом 26 мая 2016 и была принята 8 июня 2016. Однако, несмотря на все положительные моменты, поводов для радости немного.

Российские СМИ с воодушевлением объявили в самых ярких тонах, что французский Сенат проголосовал за отмену санкций против России, не особо утруждая себя ознакомлением с содержанием резолюции, или же предпочитая умолчать о её содержании, и не страдая элементарным любопытством узнать, какими полномочиями обладает Сенат Франции и какую силу несут его решения.

Резолюция по своей тональности далеко не про-российская. Она скорее про-французская и про-европейская, в том смысле, что она во главу угла ставит интересы французской экономики, страдающей от введённых санкций, в том числе ответных российских, вместе и с остальными европейскими экономиками, но в более значительной степени.

Постулаты, содержащиеся в документе, не оставляют места для энтузиазма и чаяниям о скорых позитивных сдвигах в европейско-российских отношениях. Она повторяет общую риторику. Резолюция непримиримо осуждает российскую агрессию на Украине. В ней подтверждается приверженность Франции занятой позиции и её низменная убеждённость в территориальной целостности Украины, осуждение аннексии Крыма, которая, согласно резолюции, грубо нарушает международное право.

Однако при всём при этом французский Сенат выражает глубокую обеспокоенность усугублением отношений между Россией и Европейским Союзом, вследствие российской агрессивной внешней политики и ответным мерам, предпринятыми Москвой в ответ на введённые против неё санкции. Более того, полное соблюдение Минских соглашений является единственным и неизменным условием отмены введенных санкций. И здесь совершенно не важно произошло ли полное выполнение Минских договорённости или они исполняются поступательно. Ни полной отмены санкций, ни поступательной отмены не будет вплоть до выполнения Россией пресловутых Минских договоренностей Нормандской четверки. А учитывая тот факт, что Россию постоянно обвиняют в срыве договоренностей и в слишком медленном превращении договоренностей в жизнь (по всей видимости, не обращая внимание, что украинская сторона также брала на себя международные обязательства, которые не стремится выполнять, а подчас и наоборот, срывает их), ожидать изменения общей тональности и философии подходов, по-прежнему, как минимум наивно.

Особой и важной отличительной чертой принятой резолюции является тот факт, что на ее страницах официально признается значительный урон для Европы, в том числе Франции, наносимый санкциями и эмбарго. Особенно страдает сельскохозяйственный сектор французской экономики, который и без того изрядно пострадал от безалаберной политики своих властей.

Самым позитивным посылом всей резолюции является выраженное сожаление об ухудшившихся отношениях между Европейским союзом и Россией и убежденность в «необходимости восстановления доверительных и прочных отношений, необходимых для решения общих проблем и достижения стратегического партнерства с Россией, к чему и призывает Сенат». Этот посыл важен, и по своей сути является гласом вопиющего в пустыне, прорвавшимся сквозь завесу неконструктивной европейской риторики.

Однако даже этот позитивный посыл, обращение к Президенту Республики, Европейской комиссии, соседям по общему европейскому дому, теряет свою значимость и силу, ввиду того, что решения и резолюции Сената носят сугубо рекомендательный характер и не имеют никакой юридической силы. А учитывая неудобность предложения, высказанного Сенатом, с точки зрения политического курса и постоянной сверки часов с Вашингтоном, обострения отношений между Россией и НАТО, вероятность того, что призыв Сената окажется проигнорированным стремительно близится к 100%.

Однако сама по себе резолюция, являясь своего рода индикатором текущего состояния политических кругов Европы, говорит о двух ключевых моментах. Первое – это то, что несмотря на наличие плюрализма мнений в кругах принятия решений, что является исторически характерной чертой французского политического истэблишмента, доминантной остается непримиримая общеевропейская точка зрения – Россия – страна агрессор, Крым – принадлежит Украине, территориальная целостность Украины непреложна. Любая резолюция, касающаяся России, непременно должна содержать постулаты западной риторики с осуждением и непримиримостью к российской внешней политике и ее действиям в украинском кризисе. Без этого ни одна резолюция не пройдет, не говоря уже ни о каком другом государственном документе. И если учесть, что это происходит во Франции, то в других странах Запада масштаб трагедии значительно больше, поскольку сторонники сближения с Россией фактически повсеместно оказываются полными аутсайдерами политического процесса. Исключениями, пожалуй, можно назвать Венгрию, Грецию и Италию, однако их никак нельзя назвать тяжеловесами европейской политики. Второе – единственным по-настоящему сильным фактором, который повлечет за собой отказ от риторики силы и санкций, может стать усугубление экономического кризиса в европейских странах ввиду последствий российского эмбарго и общего сокращения экономического и инвестиционного сотрудничества. Однако этот критический момент еще не наступил.

Голосование по продлению санкций в отношении России состоялось сегодня, 21 июня. Как и следовало ожидать – санкции продлены еще на полгода. Учитывая общую напряженность, складывающуюся сейчас на границе между Россией и Европой, вследствие активизации деятельности НАТО и демонстрации воинственности, провокационных заявлений генсека и резких выпадов России на них, эти полгода навряд ли внесут вклад в формировании условий отмены санкции и потепления отношений между Россией и ЕС. Даже усилясь, голоса, призывающие к диалогу, с высокой степенью вероятности будут заглушены бряцанием оружия и взаимными обвинениями в милитаризме. А с учетом выборов в США, где за президентское кресло борются два политика, не сулящие ничего хорошего мировой стабильности и делу мира – конфликтогенность на российско-европейской границе вырастет многократно. Все еще имеет все дополнительные шансы усугубиться обстановкой в Сирии, которая не внушает ни доверия, ни оптимизма.

Нынешний исторический момент был бы крайне желателен и благоприятен для разрядки нарастающей напряженности между Россией и Европой, для попыток наладить адекватный диалог и начать поступательно отходить от риторики санкций. Однако он уже безнадежно упущен. И эта ошибка может нам всем очень дорого обойтись.

List of Comments

No comments yet.