Президент Трамп-2016: день, когда весь мир замер

Featured Image

Мэтью Кросстон

Заведующий кафедрой промышленной и международной безопасности, профессор политологии, директор программы по изучению международной безопасности и разведывательной деятельности Университета Белвью, США

Первой реакцией демократов на то, что произошло утром 9 ноября, было чувство недоумения, смятение, гнев и отчаяние. Я уже слышал разочарованные голоса тех, кто не может поверить, что кандидат, который провел всю кампанию, делая ставку на «недовольство среднестатистического белого мужчины», может стать одним из самых влиятельных людей в мире. Мне понятна такая реакция демократов, понятны даже их смятение и гнев. В то же время я буду неправ, если не посмотрю на ситуацию более глобально и не скажу, что это чрезмерное упрощение того, что произошло в Соединенных Штатах 8 ноября. И, откровенно говоря, теперь, по окончании, самой нелицеприятной избирательной кампании за всю историю Америки (с чем согласны абсолютно все), необходимо не упрощать ситуацию, а тщательно проанализировать, что произошло.

Прогрессивное движение в США должно воспринять произошедшее как предупредительный сигнал и учесть это при выработке стратегий избирательных кампаний в будущем. Классический подход, который апеллирует к жителям крупных городов, молодежи, женщинам и меньшинствам, продолжит работать. Однако этот подход эффективен, когда речь идет о харизматичном кандидате, способном заряжать энергией и вдохновлять граждан. Таким кандидатом был Обама. Но это не случай Хиллари. Если принять во внимание результаты голосования в колеблющихся штатах, таких как Флорида, Мичиган и Пенсильвания, даже не сравнивая Клинтон с Трампом, а сравнив ее с Обамой в 2012 г., становится очевидным существенное снижение эффективности предвыборной кампании. Безусловно, Хиллари уверенно обошла Трампа в ключевых городах: Детройте, Майами и Филадельфии. Но если вновь сравнить отрыв, с которым они лидировала, с отрывом Барака Обамы от Митта Ромни в этих городах в 2012 г., то складывается впечатление, что это было, скорее, наказанием со стороны избирателей. Электорат в этих космополитичных городах, где преобладают меньшинства, постоянно указывал на то, что не приемлет избрания Трампа, а также на то, что будет голосовать, по сути, не за Клинтон, а против Трампа. Хиллари же такое развитие событий просто было на руку. Завершившиеся выборы наглядно продемонстрировали, что прогрессивное движение абсолютно неверно применяло классический подход. Таким образом, если кандидат не может заработать голоса городских меньшинств и не может взять их харизмой, как его предшественник, то ему нужно добиваться расположения избирателей вне городских территорий. А прогрессисты практически полностью исключили стратегию работы с сельским населением. Да, возможно, сейчас ее эффективность ограничена. Но нельзя так быстро сдаваться, не прилагая достаточно усилий. Сможет ли кто-нибудь назвать имя хотя бы одного прогрессиста, который приехал бы пообщаться с обычным сельским жителем где-нибудь вдалеке от претенциозных космополитичных центров? Как ни странно, на ум приходит Билл Клинтон. Но в его случае причиной являлось то, что он сам был выходцем из глуши Арканзаса. Для него это было естественно. Но это противоестественно для его супруги, что в итоге стоило ей очень дорого.

Во-вторых, хотя сейчас сложно сказать наверняка, есть ощущение, что молодежь — другая социальная группа, которую отличают прогрессивные взгляды — вдохновлявшаяся харизмой Обамы во время двух предыдущих президентских кампаний, просто не нашла в себе силы проголосовать за такого непривычного для нее кандидата. Предполагалось, что кандидатура Трампа будет настолько отталкивающей, что молодые люди просто не смогут отдать за него свой голос. И это стало еще одной ошибкой, которую Хиллари, принимая во внимание ее личные качества и негатив в прессе, не удалось исправить. Я полагаю, что прогрессисты могли неверно интерпретировать боязнь избрания Трампа среди американцев. Да, многим представителям поколения Y и молодежи он действительно был крайне неприятен, они воспринимали его как своего рода карикатуру на образ президента США. Однако вызывающий улыбку образ – это не то же самое, что Гитлер или «Великий магистр» Ку-клукс-клана (а именно эти два типажа в ближайшие недели, если не в ближайшие четыре года, часто будут упоминаться в кругах прогрессистов). Таким образом, попытка сделать из избрания Трампа второе пришествие Адольфа Гитлера (так же как и клоуна Бозо[1]) не увенчалась успехом. Оказывается, молодые люди не боятся 70-летнего Бозо, даже если он попадает в Овальный кабинет. Кроме того, они просто могли быть недостаточно дальновидными и отказаться от участия в голосовании, тем самым открыв Бозо двери в Овальный кабинет. Однако молодежь вполне может полагать, что это не трагедия, поскольку через четыре года они смогут сделать так, чтобы его заменил другой кандидат, который их устроит. Так или иначе, надежда возлагалась не на то, что электорат будет воодушевлен своим кандидатом и проголосует за него, а на нежелание победы альтернативного кандидата. Расчет на «голосование против» (когда избиратели отдают свои голоса не за какого-либо кандидата, а, скорее, против его оппонента) – непрочная основа. Демократическая партия осознала это в ночь подсчета голосов, и она должна усвоить этот урок.

В-третьих — и это будет самый сложный для Демократической партии урок — я не уверен, что прошедшие выборы ознаменовали возвращение стратегии «раздраженности среднестатистического белого мужчины» в качестве наиболее эффективной для попадания в Овальный кабинет. Если республиканцы считают, что такая стратегия вновь стала универсальной и наиболее эффективной, то они должны быть готовы проиграть следующие выборы и в целом регулярно терпеть поражения. Да, Трамп работал с белым большинством и был уверен, что, если сможет его вдохновить, то сможет обойти Хиллари Клинтон с ее немотивированным электоратом. Есть искушение охарактеризовать стратегию Трампа как апелляцию к укорененному расизму и сексизму белых граждан. И, откровенно говоря, Трамп только усугублял ситуацию своими часто неуместными и неловкими замечаниями и вызывающими улыбку высказываниями, которые сейчас, даже когда он победил, заставляют задуматься о том, что он является далеко не идеальным хозяином Овального кабинета. Однако я полагаю, что в рамках завершившейся избирательной кампании гораздо важнее оказалось не чувство единства, основанное на расовой принадлежности, а, скорее, единство, основанное на ощущении недосягаемости американского процветания и отсутствии новых перспектив и возможностей. Легко списать со счетов электорат, который, по вашему мнению, проголосует в стиле устаревших пустых идей образца Джима Кроу 1888 года[2]. Но со счетов не спишешь тех, кто идет на выборы с ощущением, что их государство не заботится о них, и ему нечего предложить: ни перспектив, ни возможностей, ни развития. Электорат был мотивирован не белым движением или другой подобной утопией, а реальной потребностью чувствовать, что его мнение имеет значение, жить с ощущением безопасности и стабильности. Очевидно, что Трамп затронул эти переживания граждан, что привело к большому числу отданных за него голосов.

В январе этого года я предсказывал, что Клинтон получит 47% голосов и опередит Трампа, который наберет 42%. Сейчас удивительно видеть, что Хиллари полностью оправдала мой прогноз, а Трампу удалось достичь 48%. Может показаться, что эти 6% мало что значат, однако для выборов с такими низкими ожиданиями, для «протестного голосования» и такой низкой и нелицеприятной избирательной кампании это очень большой разрыв. Разрыв, который и определил президента.

Нужно, прежде всего, держать в голове, что не расисты победили на выборах, что Россия не оказывала влияния на избирательную кампанию, что ВикиЛикс не украл победу у Хиллари Клинтон. 8 ноября стало воплощением неэффективных стратегий и неверных расчетов. Именно из-за них демократы и потерпели поражение.

В то же время республиканцы должны понимать, что именно они только что получили, а что нет. Их победа — не повод строить стену на границе с Мексикой. Это и не повод свысока смотреть на целые народы, ждать преклонения от всего остального мира, который по какой-то причине должен знать, что так ему будет лучше. Одним словом, это не повод расслабиться и надеяться, что у соперника дела обстоят еще хуже. Если республиканцы не будут продолжать совершенствовать свою политику — они должны быть готовы к тому, что задержатся в Овальном кабинете не дольше чем на четыре года и на выборах-2020 потерпят разгромное поражение. 8 ноября обе партии получили важные сигналы, которые способны не только внести вклад в оживление американской политической системы, но и дать американцам ощущение того, что те, кого они избирают, действительно представляют их интересы. А если этот результат — в который до сих пор сложно поверить — нужен был для того, чтобы такие изменения произошли, то нам стоит рассматривать 8 ноября 2016 г. не как день, когда Земля остановилась, а как день, когда она начала двигаться вперёд.

[1] Клоун Бозо – вымышленный культовый персонаж, который часто появляется в фильмах ужасов и триллерах. Например, в фильме «Посетим мир будущего» (1973) Бозо – это силовые структуры, напоминающие полицию, которые контролирует поведение людей в отдаленном будущем. Процедура посвящения в Бозо включает в себя хирургическую операцию на мозге, в результате которой кандидаты переходят в состояние эйфории, схожее с постоянным опьянением, и пластику лица для придания ему характерных клоунских черт.

[2] Законы Джима Кроу — распространённое неофициальное название законов о расовой сегрегации в ряде штатов США в конце XIX в.

List of Comments

No comments yet.