Конфликты в «серой зоне»: особенности и противоречия

Featured Image

Лада Кощеева – факультет связей с общественностью и международных отношений Университета штата Северная Каролина (США).

На фоне развития процессов глобализации, распространения новых технологий и каналов коммуникации, усиления власти негосударственных организаций, а также возникновения новых форм конфронтации и управления государством, понятие конфликт в «серой зоне» (gray zone conflict) стало предметом серьезных дискуссий и споров в США и в других странах мира. Хотя многие аналитики не считают это явление чем-то принципиально новым, они выделяют конкретные характеристики «серой зоны», утверждая, что в ближайшем будущем они будут все больше определять и вместе с тем представлять угрозу для системы международных отношений[1]. Как правило, противостояние в «серой зоне» характеризуется наличием нескольких важных элементов. В частности, речь идет о набирающих силу государствах, стремящихся в определенной степени изменить статус-кво[2]. Изменение статус-кво предполагает пошаговую реализацию определенных мер, а также применение нетрадиционных методов, позволяющих сторонам избегать прямых вооруженных столкновений[3]. Участники конфликта в «серой зоне» стремятся достичь своих целей, сводя к минимуму масштаб возможной прямой конфронтации[4]. Зачастую в качестве примера таких столкновений аналитики приводят действия России в Восточной Европе. Кроме того, яркой иллюстрацией подобных конфликтов является пошаговый подход, реализуемый Китаем в целях детального обоснования своих территориальных претензий в Южно-Китайском море.

Несмотря на то, что такие методы как поддержка третьих лиц на местах (войны чужими руками), информационные кампании и пропаганда, а также экономическое и политическое давление применялись на протяжении веков, утверждается, что конфликты в «серых зонах» отличаются от обычных тем, что все больше государств демонстрируют готовность и способность активнее их использовать. Отметим также тот факт, что цена развязывания масштабной войны стала настолько высока, а социально-экономическая взаимозависимость приобрела настолько повсеместный характер, что государства, имеющие несколько отличные от других игроков намерения, вероятно, ищут  иные способы достижения своих целей. Хотя участие в конфликтах в «серых зонах» можно считать традиционным методом ведения политики, другие инструменты, в частности, кибероперации и тщательно продуманные информационные кампании, появились относительно недавно. Тем не менее, они являются источником дополнительной напряженности в конфликтных ситуациях в «серых зонах» и усложняют их распознавание и оценку. В конечном счете, некоторые государства весьма продуманно используют конфликты  в «серых зонах» в качестве одного из отличительных элементов своих стратегий, что оказывает большее влияние на ситуацию в мире.

Однако возникает вопрос, чем же конфликт в «серой зоне» отличается от «гибридной, нелинейной и нетрадиционной войны». При анализе термина «серая зона» нужно обратить внимание на то, что большинство современных мировых держав обладают общими интересами и получают преимущество от взаимодействия во многих сферах миропорядка, в основе которого лежит соблюдение норм международного права. Государства извлекают выгоду из международной торговли, соглашений по борьбе с глобальным потеплением и других договоров, а также остаются незащищенными, например, перед лицом угроз терроризма, изменения климата, пиратства и т.д. Вместе с тем наличие общих интересов не всегда подразумевает то, что сложившийся международный порядок устраивает всех крупных государственных игроков. Предполагается, что конфликты в «серой зоне» провоцируют некоторые государства: прежде всего, быстро развивающиеся державы, которые недовольны существующими правилами игры, влиянием других игроков на региональном и международном уровнях, распределением товаров и услуг, а также принятыми правилами и нормами.

Разделение государств на «ревизионистов» и поддерживающих статус-кво предполагает чётко определённый международный порядок. В этом случае деятельность государств-сторонников статус-кво, которая обычно может быть расценена как попытка пересмотреть существующий миропорядок и соответствует понятию конфликт в «серой зоне», считается проявлением обычной конкуренции между великими державами. В то же время стратегии «государств-ревизионистов» в «серой зоне» называют противоречивыми, неоднозначными и дорогостоящими кампаниями, цель которых заключается в преобразовании международного порядка и институтов, которые не отвечают интересам этих игроков.

Как отмечают сторонники понятия конфликт в «серой зоне», те державы, которые действительно отстаивают идею сохранения статус-кво (например, Великобритания), являются влиятельными защитниками существующего миропорядка. По большей части, их устраивает собственная идентичность на данный момент и их нынешняя роль в системе. Некоторые страны, которые заявляют о своей заинтересованности в поддержании статус-кво, хотя и удовлетворены своим положением на международной арене, периодически прилагают усилия по пересмотру существующего миропорядка (например, США). Вместе с тем, ряд стран (в частности, Россию и Китай) считают сторонниками умеренного ревизионизма, которые стремятся сохранить свою власть, выступая в поддержку многих составляющих мирового порядка и международных институтов. При этом они, по мнению ряда исследователей, не в полной мере удовлетворены своим нынешним статусом, равно как и балансом сил в мире, и, следовательно, стремятся внести изменения в существующий миропорядок, чтобы укрепить свои позиции на мировой арене[5].

Конфликты в «серой зоне» зачастую развиваются постепенно и поэтапно. Они, скорее, должны быть, по замыслу сторон, растянуты во времени, нежели нацелены на оперативное достижение результатов. Приверженцы данной концепции утверждают, что благодаря нестандартному, неоднозначному и медленному ходу событий в «серой зоне» государства, прибегающие к данной стратегии, имеют, как им кажется, возможность для достижения своих целей.

Учитывая, что многие страны, безусловно, прибегают к стратегии создания «серой зоны», возникает вопрос: почему же столько внимания уделяется действиям России? На него можно дать следующий ответ. Помимо традиционного отношения к России как к противнику, это вызвано тем, что действия России, по мнению приверженцев данного подхода, представляют собой нечто большее, чем присущую великой державе линию поведения на международной арене. Утверждают, что Россия использует свои методы достаточно открыто с целью проверить их действенность и усовершенствовать. Иными словами, в рамках данной концепции также имеют место элементы недоверия к России и недостаток понимания логики ее внешнеполитического курса.

[1] См. например:

Cleveland, Charles T. 2016. Lieutenant General. Keynote Address. Russian Engagement in Gray Zone—Symposium. Washington, D.C. October 19, 2016

Hoffman, Frank. 2016. The Contemporary Spectrum of Conflict: The Protracted, Gray Zone, Ambiguous and Hybrid Modes of War. Available at: http://index.heritage.org/military/2016/essays/contemporary-spectrum-of-conflict/

Leed, Maren. 2015. Square Pegs, Round Holes and Gray Zone Conflict: Time to Step Back. Georgetown Journal of International Affairs. 16(2): 133-43

[2] В американской литературе такая стратегия зачастую называется «ревизионистской»

[3] Mazaar, Michael J. 2015. Mastering the Gray Zone: Understanding a Changing Era of Conflict. Strategic Studies Institute and US Army War College Press

Brand, Hall. 2016. Paradoxes of the Gray Zone. Presentation at the Russian Engagement in the Gray Zone—Symposium. Washington, D.C. October 19, 2016

[4] Votel, Joseph L. 2015. Commander, USSOCOM. March, 18, 2015

[5] Schweller, Randall, 1994. Bandwagoning for Profit: Bringing the Revisionist State Back In. International Security, 19(1): 100-104

Mazaar, Michael J. 2015. Mastering the Gray Zone: Understanding a Changing Era of Conflict. Strategic Studies Institute and US Army War College Press

List of Comments

No comments yet.