Политическое будущее Трампа: российский фактор

Featured Image

Николай Пахомов — эксперт «Rethinking Russia».     

Конституция США наделяет президента — главу исполнительной власти — большими полномочиями в определении внешней политики страны. При всей внешнеполитической активности отдельных членов Конгресса на протяжении американской истории внешняя политика определяется президентами, их темпераментом, жизненным опытом, идеологическими предпочтениями и, зачастую, внутриполитическими планами. Последние могут стать ключом для понимания и прогнозирования действий администрации Трампа в адрес России.

Любые изменения в российско-американских отношениях сегодня могут быть инициированы и осуществлены на уровне элит. Ограниченным остаётся и экономическое сотрудничество.

В Вашингтоне главным действующим лицом, от которого зависит характер двусторонних отношений, является президент. Несмотря на некоторые дружественные по отношению к России заявления Трампа в ходе предвыборной кампании, до последнего времени мы не наблюдали серьёзных стимулов для того, чтобы он пошёл на какие-то решительные действия на российском направлении. Рискну предположить, что эти стимулы Трампу даёт углубляющийся внутриполитический кризис, вызванный обвинениями в связях избирательного штаба Трампа с Россией.

На сегодняшний день эти обвинения можно разделить на две группы. Первая касается якобы имевшей место координации избирательной кампании Трампа с Россией. Вторая состоит из подозрений в адрес самого президента, который якобы, уже став президентом, пытался помешать расследованию связей своей команды с Россией.

По обеим группам обвинений, как это сейчас принято говорить среди американских политиков, экспертов и журналистов, очень много «дыма», однако пока так и не видно «огня» конкретики доказательств противоправных действий Трампа или его команды. Активность политиков-демократов, журналистов — зачастую симпатизирующих демократам — и многочисленные «утечки» со стороны чиновников, в том числе, судя по всему, и работающих в спецслужбах, постоянно придаёт огласке факты заинтересованности Трампа и членов его команды в нормализации отношений с Россией. По стандартам американского истеблишмента, традиционно настроенного антироссийски, это, конечно, недопустимо, однако для судебного преследования или импичмента явно недостаточно.

Анализируя все эти факты, сегодня можно составить примерную картину произошедшего. По всей видимости, сам Дональд Трамп до начала своей политической карьеры относился без неприятия и даже с определённым интересом к России и президенту Путину. При этом, например, бывший руководитель американской военной разведки генерал Майкл Флинн, ставший одним из первых сторонников и соратников Трампа на политическом поприще, исходя из того, что исламский терроризм является серьёзнейшей угрозой для США, считал, что Россия может стать эффективным союзником США в борьбе с этим терроризмом.

Интерес Трампа и позиция Флинна, к которому миллиардер не мог не относиться с вниманием, стали причиной прощупывания перспектив нормализации российско-американских отношений со стороны команды Трампа, готовившейся к переезду в Белый дом, а потом уже и новой администрации. Различные эпизоды этой оценочной кампании и дают тот обильный «дым», который и вызывает в американском истеблишменте такие страсти. Нужно учесть, что, судя по всему, дополнительным негативным фактором для Трампа стало и отсутствие у него и его соратников достаточного политического опыта и понимания работы механизмов в Вашингтоне. Например, известно, что Барак Обама, будучи ещё даже не избранным президентом, а кандидатом на выборах 2008 г., изучал возможность улучшения отношений с Ираном, однако эта инициатива была хорошо скрыта от внимания публики.

Если же говорить об обвинениях в адрес Трампа в якобы имеющемся преступном желании президента помешать расследованию контактов его приближённых с Россией, то, во-первых, даже критики президента признают, что их крайне сложно доказать. Во-вторых, Трамп мог просто руководствоваться соображениями лояльности к тому же Майклу Флинну, в своё время решившемуся поддержать президента вопреки сопротивлению истеблишмента.

Для понимания происходящего также важно отметить, что в целом американский политический процесс на протяжении, как минимум, последнего десятилетия сводится к ожесточённой, непримиримой борьбе двух партий, в рамках которой поражение одной становится победой другой. Достоянием общественности стало заявление в Сенате лидера республиканцев Митча Макконнелла, сделанное им в день первой инаугурации президента Обамы. Макконнел назвал главной задачей республиканцев не допустить переизбрания Обамы. И хотя Обама всё-таки победил на выборах 2012 г., в практической плоскости идея лидера республиканцев свелась к строгому партийному голосованию, «торпедированию» многих инициатив Обамы в Конгрессе. Самого же Макконнелла многие наблюдатели назвали главным идеологом и исполнителем этой стратегии обструкционизма.

На фоне углубившегося за последние годы в США идеологического раскола и партийной непримиримости нет никаких оснований предполагать, что демократы, теперь оказавшиеся в положении республиканцев начала президентства Обамы, откажутся от использования аналогичной стратегии.

Республиканцы в своё время сопротивлялись конкретным законодательным инициативам Обамы, некоторые из которых, например, реформа медицинского страхования, были весьма популярны. Это требовало от республиканцев хотя бы минимального участия в содержательной полемике. Сегодня же задача демократов гораздо проще: им достаточно с высокой трибуны Конгресса соглашаться с обвинениями в адрес Трампа и, пользуясь своими полномочиями, поддерживать эти обвинения многочисленными расследованиями, тем более, что смельчаков, пытающихся эти обвинения оспорить, всегда можно обвинить в симпатиях к России. Последнее является для представителей американского истеблишмента очень серьёзным обвинением.

Таким образом, можно предсказать, что усилиями демократов и других противников Трампа всех мастей, включая журналистов и чиновников, давление на президента и Белый дом в связи с обвинениями в связях с Россией и попытках помешать расследованию этих связей будет возрастать. События последних месяцев доказывают то, что президент Трамп не может игнорировать это давление. Малоэффективной представляется и стратегия конкретного реагирования на отдельные обвинения. Их поток нарастает; едва ли хватит времени и сил разбираться с каждым по отдельности, особенно в условиях отсутствия поддержки со стороны СМИ и даже некоторых влиятельных республиканцев. Известно, что президент уже активно пользуется услугами негосударственных юристов, и у него имеются планы расширить привлечение политически нейтральных специалистов.

По всей видимости, Белому дому необходимо выработать стратегическое решение в политической плоскости. Пока таких решений просматривается два: занять резко негативные позиции в адрес Москвы в попытке доказать, что президента нельзя заподозрить в симпатиях к России, или, напротив, публично признать, что в Белом доме есть намерение нормализовать отношения с Россией ради обеспечения американских национальных интересов.

Первый вариант лишь на первый взгляд кажется более эффективным, удобным и лёгким. Его реализация не только приведёт к росту международной напряжённости (что само по себе добавит забот администрации Трампа). Во внутриполитической плоскости возникнут новые вопросы о контактах соратников Трампа с российскими представителями, появятся основания для новых обвинений в адрес президента в лицемерии, непоследовательности и двуличии. То есть, ощутимым станет дополнительный ущерб для политических позиций Трампа и республиканцев внутри страны.

Второй вариант, конечно, также чреват рисками для Трампа, главный из которых – интенсивное сопротивление истеблишмента нормализации отношений с Россией. Однако Трампу не привыкать преодолевать это сопротивление: именно бросив вызов истеблишменту, он пришёл к власти. Если о чём-то можно говорить с уверенностью применительно к сорок пятому американскому президенту, так это о том, что от него можно ожидать любых сюрпризов. Ключевым фактором, определяющим успех возможной попытки Трампа нормализовать российско-американские отношения, будет наличие у этой попытки зримых результатов, которые Белый дом сможет использовать внутри страны для укрепления позиций президента. В частности эти результаты могут быть достигнуты по вопросу укрепления международной безопасности в результате урегулирования ситуации в Сирии. В случае успеха президент сможет эффективно отвергнуть обвинения противников в сговоре с Россией, заявив, что, во-первых, никакого сговора не было, а было желание вести диалог с Россией ради обеспечения американских национальных интересов. Во-вторых, успех диалога докажет, что желание это было совершенно правильным.

В любом случае череда скандалов, преследующих администрацию Трампа в связи с Россией, заставит президента пойти на те или иные шаги в адрес России. К этим шагам его подталкивает логика внутриполитического противостояния, интересы обеспечения собственного политического будущего и, возможно, процветания своей семьи. Лёгких решений для президента уже не просматривается. В складывающейся ситуации Трамп может выбрать вариант нормализации отношений с Россией в качестве ответа на нападки противников в пророссийских симпатиях. Если это случится, то контекст обсуждения связей с Россией в США серьёзно изменится. В конце концов, любой внешнеполитический контекст задаётся в Соединённых Штатах президентом. Таким образом, Дональд Трамп может стать первым руководителем страны, которого внутриполитические проблемы могут заставить пойти на переформатирование этого контекста и сопутствующего дискурса.

Фото: AFP 2016, Don Emmert

List of Comments

No comments yet.