К чему приведет противостояние Барселоны и Мадрида

Featured Image

Георгий Филатов

Каталонский кризис продолжается. Несмотря на то, что сепаратисты, выступающие за независимость Каталонии, получили большинство на региональных парламентских выборах 21 декабря, пока нет ясности о будущем составе правительства. А это, во многом, определяет, смогут ли новые каталонские власти и официальный Мадрид прийти к компромиссу.

В начале января парламент Каталонии обратился в Конституционный суд Испании с требованием признать неконституционным применение Мадридом 155 статьи, которая позволила в октябре прошлого года отстранить от власти правительство Каталонии (Женералитет) и распустить местный парламент. Текст жалобы был подготовлен в конце декабря, но лишь в январе документ представили в суде, по данным газеты La Vanguardia.

Все это говорит о том, что противостояние официального Мадрида с неспокойной Каталонией продолжится и в 2018 году. Напомним, 1 октября в регионе прошел референдум о независимости, в результате которого около 90 процентов из 2,28 миллиона голосовавших жителей Каталонии выступили за отделение от Испании.

В ответ на то, что парламент автономии поддержал идею одностороннего объявления независимости, Мадрид отстранил от власти главу Каталонии, националиста Карлеса Пучдемона, и его правительство, а на 21 декабря назначил досрочные парламентские выборы, в результате которых националисты сохранили большинство. Однако пока неясно, какая именно партия будет формировать правительство.

Пиррова победа

Парламентские выборы в Каталонии, а затем избрание нового руководителя региона, должны закончить прямое правление Мадрида, введенное после провозглашения независимости 27 октября. Это были экстраординарные меры не только для Испании, в которой подобная практика была применена впервые, но и для всего Европейского союза, руководство которого хотя и признало правомерность действий испанского правительства, но явно чувствовало себя дискомфортно. В ЕС привыкли, что конфликты можно решать путем переговоров и добиваться согласия или хотя бы видимости согласия сторон. В Испании вся ситуация пошла по другому сценарию.

Интерес к кризису в Каталонии распространился далеко за пределы ЕС. Российские СМИ также пристально следили за ним. Этот интерес продиктован наличием российского опыта сепаратистских конфликтов. Не меньшее значение имеет и то, что Испания — одна из стран ЕС, которая обычно занимает благосклонную к Москве позицию. Мадрид не был рад антироссийским санкциям, выступал он и против попытки ввести новые ограничения из-за боев в Алеппо в октябре-декабре 2016 года. Российские корабли используют испанские анклавы Сеуту и Мелилью для дозаправки при переходе из Балтийского в Черное море.

Интересно, что Россия оказалась фактором каталонского кризиса. Испанские власти обвинили российских хакеров в попытке повлиять на ситуацию в Каталонии через публикации в социальных сетях. Такие заявления, по всей видимости, должны были переложить часть вины за кризис с испанского правительства, оказавшегося неспособным урегулировать ситуацию, на внешнюю силу.

И все же попытка руководства Каталонии провозгласить независимость была следствием внутренних проблем Пиренейской страны. Испания стала одной из стран, которая пострадала больше всего в результате экономического кризиса (так, например, безработица достигала 26% в начале 2010-х гг.). Свою роль сыграло неравенство регионов в правах и обязанностях: Наварра и Страна Басков сами собирают налоги на своей территории, а во всей остальной стране, в том числе и в Каталонии, это делает общегосударственное агентство. К этому надо добавить нежелание правительства Мариано Рахоя идти на какие-либо уступки каталонцам, желавшим расширить свои права. Эти факторы привели к тому, что местная элита взяла курс на отделение.

Результаты выборов, по всей видимости, стали не завершением каталонского кризиса, а лишь его этапом. Итоги голосования нельзя назвать неожиданностью. Многочисленные опросы общественного мнения показывали, что победят, т.е. получат абсолютное большинство в парламенте (68 из 135 мест), скорее всего, сепаратисты.

И хотя сторонники независимости уже вовсю празднуют победу, она не столь однозначна, как кажется на первый взгляд. Во-первых, хотя они получили 70 кресел, но это на два места меньше, чем на выборах 2015 года. Во-вторых, нельзя забывать, что некоторые кандидаты этих партий не могут участвовать в работе парламента. Они либо скрываются за границей (как, например, Карлес Пучдемон, лидер партии «Вместе за Каталонию»), либо находятся в заключении (как Ориол Жункерас, глава Левой республиканской партии Каталонии). Без них у сторонников независимости нет абсолютного большинства.

Их, конечно, можно заменить другими депутатами из поданных для голосования списков, но тогда перед сепаратистскими партиями встает новая проблема. В лице Пучдемона и Жункераса сторонники независимости теряют не просто самых опытных и популярных политиков. Они теряют общепризнанных руководителей. В их отсутствие появляется необходимость искать новых лидеров. Насколько в нынешней обстановке они способны договориться между собой — это вопрос. Предвыборная кампания показала, что это как минимум трудно: они даже не смогли договориться о едином блоке, как сделали это в 2015 году.

Не менее важной проблемой является и то, что 52,1% пришедших на выборы отдали свои голоса партиям, выступающим за единство с Испанией. Самое большое количество депутатов будет у юнионистской партии «Граждане». Это, по крайней мере, дает возможность и Мадриду, и сторонникам единства с Испанией ставить под сомнение право сепаратистов говорить от лица всего населения Каталонии.

Кризис продолжается

Сегодня непонятно и каковы конкретные планы победителей. Новые попытки провозгласить независимость в одностороннем порядке приведут к тем же результатам, что и в октябре — введению прямого правления Мадрида. Рахой уже заявил, что, если потребуется, то он снова воспользуется этим конституционным правом.

Эта угроза вряд ли помогла укрепить идею единства с Испанией среди каталонцев. Так, введение прямого правления в октябре лишь подстегнуло сепаратистские настроения: в ноябре за независимость выступало 49% опрошенных, в то время как в июне — лишь 41%. В то же время каталонский кризис совершенно иначе отразился на настроениях в остальной Испании. На улицах городов появилось огромное количество испанских флагов, что раньше происходило лишь либо во время праздников, либо после национальных спортивных триумфов, например, после победы на чемпионате мира по футболу в 2010 году в Южной Африке. В Стране Басков количество сторонников отделения резко сократилось. Согласно ноябрьскому опросу, лишь 24% жителей Страны Басков выступают за независимость, в то время как еще летом эта цифра достигала 28%.

Тем не менее перспектива отсутствия на активной политической сцене главных вдохновителей провозглашения независимости — в первую очередь Пучдемона – дает надежду на то, что новые лидеры сепаратистских партий смогут найти свежие подходы к Мадриду. Испанское правительство в принципе готово пойти на расширение автономии региона, о чем Рахой не раз говорил в октябре. Условием для этого было возвращение каталонских органов власти в рамки испанских законов. Впрочем, предвыборные обещания сепаратистов продолжить борьбу за независимость все же ставят под сомнение возможность компромиссных решений.

Георгий Филатов — научный сотрудник Центра испанских и португальских исследований Института всеобщей истории Российской академии наук и член испанской Ассоциации исследователей актуальной истории. 

List of Comments

No comments yet.